Каждую ночь мы оказываемся в мире, где можно летать, разговаривать с давно ушедшими и не удивляться самым нелепым поворотам сюжета. Утром большая часть увиденного стирается, оставляя лишь обрывки и настроение. Люди пытались понять природу снов с тех пор, как научились о них рассказывать, и ответы давали очень разные.
Сон как послание
В древних культурах сновидение чаще всего считали вестью извне. В Месопотамии и Египте существовали записи с толкованиями снов. В Древней Греции больные проводили ночь в святилищах Асклепия, надеясь получить во сне указание на исцеление. Во многих традициях полагали, что душа спящего покидает тело и странствует, а увиденное ею и есть сон.
Были и скептики. Аристотель рассуждал о сновидениях как о следах дневных впечатлений, которые продолжают двигаться в спящем, и сомневался в их божественном происхождении.
Фрейд и Юнг
На рубеже XIX и XX веков Зигмунд Фрейд в книге «Толкование сновидений» предложил видеть в сне замаскированное исполнение желаний, которые человек не допускает в сознание. Сюжет сна, по его мысли, — это шифр, а задача аналитика состоит в том, чтобы его разгадать. Карл Густав Юнг смотрел иначе: он считал, что сон не прячет, а показывает, языком образов дополняя односторонний взгляд бодрствующего ума.
Обе концепции оказали огромное влияние на культуру. Как научные теории они проверяются с трудом, и современные исследователи сна в большинстве своём не разделяют их в исходном виде. Но сама мысль о том, что в сновидениях отражаются наши заботы, подтверждается.
Что показали лаборатории
После открытия быстрого сна выяснилось: если разбудить человека в этой стадии, он в большинстве случаев расскажет о ярком сновидении. Позже обнаружили, что сны бывают и в медленном сне, только обычно более блёклые и похожие на размышления.
В 1970-х годах американские психиатры Аллан Хобсон и Роберт Маккарли выдвинули гипотезу, по которой сновидение — результат попытки мозга связать в осмысленную историю случайные сигналы, идущие из его глубоких отделов. С этой точки зрения особого скрытого смысла во сне нет, а причудливость объясняется самим способом его возникновения.
Другие исследователи считают, что у сновидений есть функция. По одной версии, они участвуют в переработке памяти и эмоций. По другой, предложенной финским учёным Антти Ревонсуо, сон служит безопасной репетицией опасных ситуаций: недаром погони и угрозы снятся так часто. Единой общепринятой теории пока нет.
Что обычно снится
Собранные в разных странах отчёты о снах показывают удивительное сходство. Чаще всего в них действуют знакомые люди и разворачиваются обыденные ситуации, окрашенные тревогой: опоздание, неготовность к экзамену, падение, преследование. Содержание снов обычно связано с тем, что занимает человека днём. Исследователи называют это гипотезой непрерывности: сон продолжает бодрствование, а не противостоит ему.
Забываем мы сны потому, что в это время механизмы запоминания работают иначе. Лучше всего сохраняется сон, из которого человек проснулся, да и то если сразу его припомнить.
Стоит ли толковать свои сны
Сонники, приписывающие каждому образу постоянное значение, научной опоры не имеют. Но это не значит, что сны бесполезны для самопознания. Записывая их и спрашивая себя, какое чувство было главным и что в жизни сейчас отзывается так же, можно заметить то, от чего днём удобнее отвернуться. Сон в этом случае служит поводом для размышления, а не предсказанием.
Частые тяжёлые кошмары, которые мешают высыпаться, лучше обсудить со специалистом.
Вывод
Наука пока не дала окончательного ответа, зачем нам сны. Ясно одно: это не посторонний шум, а продолжение нашей душевной жизни, только в иных условиях. Относиться к ним можно спокойно и с любопытством.
