Ирано-талибская дилемма сотрудничество/противоборство

Что возьмет верх – цивилизационное родство или религиозное различие?

Тегеран осуждает военный захват афганской провинции Панджшер движением «Талибан»*.

Отношения «Талибана» и Ирана имеют длительную и непростую историю. Иран стал уделять пристальное внимание Афганистану сразу после окончания ирано-иракской войны, активизировавшись после вывода советских войск и особенно – после падения правительства Наджибуллы в 1992 г.

В разгар гражданской войны в Афганистане иранцы оказали военную поддержку хозарейцам-шиитам (хазарейцы – ираноязычный народ ирано-тюркско-монгольского происхождения, составляет около 10% населения современного Афганистана), выступившим против талибов. С этого началась вражда «Талибана» и Тегерана. После победы талибов в 1996 г. Иран стал содействовать афганскому «Северному альянсу» – оппозиционному движению, состоящему из национальных меньшинств (таджиков, узбеков и хазарейцев). Похоже, политический фактор довлел над религиозным (талибы – сунниты, как таджики и узбеки, иранцы – шииты, как и хозарейцы) и над цивилизационным (все эти народы принадлежат к иранской  цивилизации, кроме узбеков).

После этого «Талибан» воспринимал Иран как враждебное государство. Пиком противостояния стал захват в авг. 1998 г. в афганском городе Мазари-Шариф генконсульства Ирана, в результате чего погибли иранские граждане и дипломаты.

Однако после победы на выборах 2005 г. М. Ахмадинежада начинается постепенное сближение Ирана и «Талибана». Почвой для улучшения отношений стала борьба талибов против распространения западного влияния в Афганистане. Антизападный Тегеран не мог не поддержать здесь своих вчерашних оппонентов: сыграла роль цивилизационная родственность иранцев и пуштунов, а не их религиозные различия.

Сотрудничество приняло тесные и конкретные формы: Иран обеспечивал материально-техническую помощь и военную подготовку талибов, создавались их тренировочные лагеря в иранских городах.

Охлаждение в отношениях произошло в 2015 г. после ядерной сделки. В Тегеране решили, что не стоит раздражать США слишком откровенной поддержкой их врагов. Расчёт был, что США это оценят. Но он оказался неверным. Ту же ошибку постоянно совершает и наша элита, желая быть лояльными Западу сверх меры.

После 2015 г. Тегеран укрепил свои отношения с шиитскими движениями в Афганистане, в том числе с хазарейцами-шиитами центральной и северной части Афганистана.

Иран и пуштуны-талибы – части единой иранской цивилизации. Несмотря на разногласия, они могут взаимодействовать как в противостоянии западному влиянию в исламском мире, так и в противоборстве с ИГИЛ**.

Иран заинтересован в стабильности в Афганистане – хаос из соседней страны может быстро  перекинуться на его территорию. Он рассчитывает, что в случае появления в Афганистане стабильного правительства будут разрешены проблемы отношений двух стран: например, в использовании водных ресурсов реки Гильмен. С помощью талибов Иран попытается пресечь поток наркотиков, являющийся бедой приграничных провинций Ирана.

Условием сотрудничества Тегерана и «Талибана» должен стать отказ последнего от преследования мусульман-шиитов. Однако всё не так просто. Руководители талибов считают, что Иран пытается вмешиваться во внутренние дела страны через шиитов. Иран стремится узаконить положение в стране проиранских шиитских формирований (бригада «Фатимиюн»), которые действуют в Сирии. Следствием этого, по мнению талибов, может стать контроль Ирана над значительной частью страны.

В свою очередь, Тегеран раздражают попытки талибов сделать основную ставку на Турцию – это, также подавление оппозиции на севере страны и дальше будет осложнять отношения с Ираном. Охлаждение будет продолжаться: Тегерану крайне заманчиво было бы начать реализовать в Афганистане проект «Великой Персии», но ни талибы, ни другие игроки не дадут ему этого сделать.

«Россия не Европа» 

Запрещённая в России организация.

** Запрещённая в России организация.

guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии